Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

С либеральной точки зрения

Сообщество «Антимигалки»? Ежемесячное обозрение. Апрель 2010-го

30.04.2010
Максим Артемьев
Во время визита в Норвегию российского президента спросили насчет возможного возрождения гласности. Тот ответил с претензией на остроумие: «Я против гласности. Это плохой термин. Необходима свобода слова. Гласность – это паллиатив, изобретенный в советские времена для того, чтобы не давать этому явлению правильного наименования. Поэтому я против гласности, должна быть свобода слова – и в России, и в Норвегии, и в других страна». Перед нами типично оруэлловская ситуация. Президент говорит одно, а в реальности происходит совсем другое.

Представим, что в каком-нибудь российском городе вы зайдете к чиновнику, отвечающему за СМИ, и сошлетесь на эти слова Медведева, требуя интервью с губернатором, забывшим, что такое неформальное общение с прессой, отмены «указивок» для ТВ или еще чего-нибудь подобного. На вас посмотрят как на идиота. Все прекрасно понимают, что слова лишь некая мантра, которую, как заклинание, произносят лидеры для внешнего, а иногда и для внутреннего потребления. А в действительности с
чиновников спрашивают именно за «выстроенность» СМИ, за недопущение критики власти, непредоставление эфира оппозиции и т.д.

Хуже всего, что такое двоемыслие разлагающе действует на журналистов. Даже совсем молодые с первых шагов в профессии впитывают представление, что самоцензура – главный фактор успешной карьеры, что «власть нужно уважать» (так заявил один кемеровский медианачальник), а к словам лидеров государства не стоит относиться всерьез. Современные российские работники пера в подавляющем большинстве – как и общество в целом – не знают, что есть добро и что зло. Они с готовностью пишут что велено. Кстати, символично, что сам термин «гласность» похоронили ровно через двадцать пять лет после Апрельского пленума 1985 года.

***

На очередной переворот в Киргизии (или революцию, кому как удобно) последовала довольно неожиданная российская реакция. Кремль вопреки обыкновению выступил чуть ли не ниспровергателем суверенных президентов. Не успел Курманбек Бакиев бежать из Бишкека, как в его адрес зазвучала резкая критика из Москвы – с обвинениями в коррупции и семейственности. Позже, вслед за
Путиным высказался и Медведев:  «На мой взгляд, крах действующей политической системы в Киргизии … связан именно с тем,
что не удалось решить сложные вопросы социально-экономического плана, и, с другой стороны, то, что было создано, очень напоминало предыдущую систему управления. Систему, которая была основана на клановости, семейственности, дележке бизнеса и которая не очень сильно занималась другими проблемами…Рассчитываю, что новые власти Киргизии будут свободны от недостатков прежнего режима».

Российский президент рассуждал как образцовый демократ: «Надеюсь, что будет обеспечен нормальный процесс преемственности власти, проведены выборы в парламент и выборы президента. В Киргизии возникнет легитимное руководство». Заодно он выступил в роли защитника малых сих: «В отношении возможности возникновения подобных сценариев на территории
постсоветского пространства, на каких-либо других территориях - в мире все возможно, если люди недовольны властью, если власть не предпринимает необходимых усилий для того, чтобы поддержать людей, решить их наиболее важные проблемы, то такой сценарий может повториться где угодно, в тот момент, когда власть теряет контакт с народом».

Конечно, не стоит на этом основании полагать, что в Кремле что-то изменилось. Российская реакция на киргизские события – дымовая завеса собственных вполне прагматичных намерений: поспособствовать уходу строптивого президента, укрепить свои позиции в Центральной Азии, показать нелояльным лидерам, что их может ждать, если старший брат сменит милость на гнев.

Зато история на востоке нашла неожиданное продолжение на западе. Президент Белоруссии укрыл свергнутого Бакиева, попутно не раз лягнув российское руководство. После этого стал неизбежен выпад Кремля, обычно предпочитающего не реагировать на вызывающие выходки Минска. Медведев, не называя, правда, имен, ехидно прошелся по тем, кто дает прибежище потерявшим работу. Впрочем, об этой коллизии – чуть позже.

Пока же отметим, что события в Киргизии ясно показали: за фасадом СНГ нет ни единства, ни правопорядка, ни стабильности. Бакиев за девять месяцев до его свержения победил на президентских выборах (на что он упорно ссылается), получив подавляющее большинство голосов. Парламент был полностью под его контролем, как и остальные ветви власти. Ближайшие родственники президента занимали важнейшие посты, обеспечивая лояльность госаппарата. Тем не менее одного дня хватило, чтобы без всякой предварительной подготовки, спонтанно, при арестованных оппозиционных лидерах, радикально изменить ситуацию.

***

Трагическая гибель польской правительственной делегации под Смоленском затмила то, что происходило в Катыни несколькими днями ранее. Тогда наш премьер Путин совместно с коллегой Дональдом Туском посетил мемориал расстрелянным польским офицерам. Глава российского правительства признал: «Этим преступлениям не может быть никаких оправданий, в нашей стране дана ясная политическая, правовая, нравственная оценка злодеяниям тоталитарного режима. И такая оценка не подлежит никаким ревизиям». Затем он продолжил: «Десятилетиями циничной ложью пытались замарать правду о катынских расстрелах,
но такая же ложь - возлагать вину за эти преступления на российский народ». Похоже, Владимир Владимирович дал понять, что не понимает, чего, собственно, ждут от него поляки.

Между тем на российский народ никто ответственность за расстрелы пленных польских граждан и не возлагает; извинения за преступления тоталитарного режима Польша ждет от российского государства. Оно правопреемник СССР, а значит, обязано взять на себя ответственность за прошлое, испытывать чувство вины перед жертвами массовых репрессий, проникнуться болью и состраданием.  Увы, даже взвешенные слова Путина вызвали у отечественных «патриотов» весьма негативную реакцию, что хорошо видно по откликам в Интернете.

Катастрофа президентского самолета побудила Кремль продемонстрировать наконец истинную человечность, причем публично и многократно; был даже объявлен траур по человеку, считавшемуся одним из главных недоброжелателей нынешней российской власти. Но, как и в случае с Киргизией, можно говорить не о кардинальной смене поведенческой парадигмы, а лишь о неких тактических шагах. И все-таки эта реакция на трагедию показала россиянам, что в естественных человеческих эмоциях нет ничего опасного или унизительного. Искреннее сопереживание горю способствует сближению и взаимопониманию народов. И Польша надлежащим образом отреагировала на жест России.

Культурные и цивилизационные различия между нашими странами никуда не делись. Однако хочется верить, что массовая симпатия Польше, проявленная в эти дни российскими людьми, оставит в наших отношениях положительный след. Публикация в открытом доступе архивных документов по Катыни, возможно, появилась на той же общей волне сострадания и скорби.

Отмечу в связи с последней трагедией еще два обстоятельства. Первое. В ходе расследования катастрофы вновь всплыл тот факт, что в августе 2008 года, польские летчики отказались следовать указаниям президента Качиньского и посадили самолет не в Тбилиси, как он того требовал, а в Гяндже, ибо погодные условия иного не позволяли. После этого глава государства добивался увольнения пилотов, но авиационное руководство не допустило их наказания за точное следование инструкциям. Хорошо бы раз и навсегда запретить лидерам любого масштаба вмешиваться в сферу чужой компетенции - хотя бы в воздухе. В России авиакатастрофы, в которых погибли губернаторы Лебедь и Фархутдинов были вызваны именно нажимом вип-пассажиров на пилотов.

Второе. Общественность вКракове протестовала против захоронения четы Качиньских в замке Вавель - усыпальнице польских королей. Людей возмутило, что решение о месте захоронения было принято келейно, и они вышли на улицы выразить свое несогласие. Опять-таки сильнейший контраст с Россией, где в те же дни был восстановлен взорванный год назад памятник Ленину в Петербурге. Реставрация обошлась в несколько миллионов рублей. Никто не спросил питерцев, нужен ли им этот истукан, а они и не возражали против того, что в городе Пушкина и Бродского, Достоевского и Ахматовой будет и дальше стоять бронзовая статуя безжалостному фанатику, виновнику гибели миллионов людей. А Москву накануне Первомая украсит очередная мемориальная доска – в честь секретаря ЦК КПСС Григория Романова! 

***

К юбилею Победы телеэкран заполнили  телесериалы и «документальные» фильмы удивительно убогого содержания, фальсифицирующие реалии войны во всех абсолютно аспектах. Сюда же следует отнести очередной бездарный опус Никиты Михалкова. Поневоле вспоминаешь афоризм доктора Самуэля Джонсона: «Патриотизм - последнее убежище негодяев». Недаром у Виктора Астафьева всегда вызывали возмущение лживые от начала до конца военные «опупеи». Писатель был прав – ничего, кроме вреда, такая продукция не приносит. Прошло уже 65 лет после Победы, а объективное исследование войны всячески затрудняется, память о ней затуманивается и искажается, как и во времена  СССР. Оно и понятно – правда нынешней власти не выгодна. Ей необходим миф, потакающий примитивным стереотипам, который сплачивал бы вокруг вождей население. Выяснение и предъявление правды – процесс болезненный и многим может не понравиться. А зачем власть имущим лишние проблемы?

«Победа  - одна на всех, и цена ее не важна». Под этим негласным девизом мы пришли к очередной памятной дате. А если кто-то пытается что-то подсчитывать, критиковать – то он не с нами, он против нас. Итог уже известен - российская молодежь в возрасте 18 - 25 лет более лояльна к власти, чем население в целом. Деятельность Путина одобряют 82% участников недавнего опроса фонда «Общественное мнение», Дмитрия Медведева – 75%. Показатели для граждан старше 25 лет составляют соответственно 75% и 68%. Понятно, что такие цифры  - результат не только мощного раскручивания темы Великой Отечественной войны в ура-пропагандистском аспекте, но и без этого не обошлось. А посему сомнительный пиар на костях 27 миллионов павших будет продолжаться еще долго.

***

В апреле состоялись знаковые губернаторские назначения. После того как в четвертый срок полномочий вступили Аман Тулеев (Кемерово) и Олег Богомолов (Курган), президентом были предложены кандидатуры Василия Бочкарева и Олега Королева – в Пензенскую и Липецкую области соответственно. Оба стали губернаторами  также по четвертому разу! Вот тебе, бабушка, и
Юрьев день! Вот тебе и «три срока достаточно» (помнится, Путин говорил в свое время о двух сроках)!

Еще остаются на постах Полежаев и Рахимов с 1990 года, Чуб с 1991-го, Лужков с 1990/1992-го – смотря как считать. А уж тех, кто губернаторствует более десяти лет, полным полно. Всякая конкуренция в регионах задавлена, Россия коснеет под властью мастодонтов прежних эпох. Итог этого - важнейшие проблемы областей и республик не обсуждаются открыто, не рассматриваются публично. Царит кадровый застой либо продвигаются разного рода холуи, авантюристы и мелкие мошенники. Качество управления – ниже всякой критики.

Население давно махнуло рукой на власть, разуверившись в возможности хоть на что-то повлиять. Такая ситуация кому-то кажется приемлемой – мол, к частному человеку особо не лезут и дают жить. Но на самом деле она способствует самому негативному развитию событий. Не зря Солженицын в свое время призывал к введению демократии на местном уровне, чтобы вверх выдвигались лично знакомые избирателям люди, а не проходимцы и демагоги. Увы, писателя высмеяли как ретрограда. Жизнь доказала его правоту. Если нет нормальной политики, если нет подлинного народного представительства на низовом уровне, то уж тем более не будет его на уровне высшем. 

***

Скоропалительно подписанный договор с Украиной о базировании в Севастополе Черноморского флота и об уступке  соседям в обмен почти 40 миллиардов долларов за газ в течение последующих десяти лет стал предметом горячего обсуждения в Киеве и почти никого не заинтересовал в Москве. Точнее, его восприняли как дипломатический успех и тут же забыли. А ведь в России распоряжение громадной суммой, решение судьбы целого флота, тоже, по идее, должно было бы стать поводом для общественных дискуссий. Должно бы, да не стало.

Украинский журналист Виталий Портников, комментируя харьковское соглашение, предлагает не искать в нем никакой политики, а рассматривать его как чисто коррупционную сделку, к которой прилагаются  по умолчанию негласные договоренности о новом перераспределении доходов от воровства газа – с учетом смены власти в Украине. Все слова о Севастополе – лишь шумиха, призванная завуалировать главное. Отчасти с такой позицией нельзя не согласиться. Слишком уж циничны и беспринципны, жадны и эгоистичны что украинские, что российские власти. Однако даже отъявленные циники имеют некие «идеалы». Вспоминаю свой разговор с одним видным политтехнологом КПРФ, великолепно знающим нравы  партийной верхушки. Утверждая, что ее вождями руководят сугубо карьерные и меркантильные интересы, он, тем не менее, сказал, что для них все же существуют некие запреты, некие границы. Так Зюганов, ни за какие деньги не согласится публично поддержать вступление России в НАТО,  не отречется от Сталина.

Для российских лидеров, при всей их «практичности», некие понятия также являются знаковыми. Ради сохранения Севастополя в качестве российской военно-морской базы они готовы «отстегнуть» миллиарды, не обременяя себя расчетом всех факторов.

Как указывают многие аналитики, Черноморский флот сегодня не играет той роли, что он играл в жизни России в XIX- XX веках. Его значение для нынешней власти во многом символическое. Для нее важен не практический военный потенциал, а политический аспект, возможность влиять на ситуацию в Севастополе, Крыму, вообще в Украине. Другой вопрос – зачем это нужно России? Но для Кремля ответ самоочевиден. Имперские иллюзии застилают его зрение. Вера в то, что пока Украина не в НАТО и не в Евросоюзе, с его собственной властью ничего не случится, невероятно сильна.

Что касается самой Украины, то, похоже, страна очутилась на перепутье. Янукович сегодня в положении  Путина в 2000-м году. У него есть шансы быстро повести Украину по пути однопартийного, по сути, государства. С одной стороны, население страшно разочаровано и апатично; партии слабы и подчас представляют собой фикции; гражданского общества нет; СМИ, как и российские в свое время, готовы коррумпироваться и подчиниться власти. С другой стороны - ревизия всего наследия «оранжевой революции» происходит так быстро и так грубо, что своей поспешностью это порождает движение сопротивления. Что ж, посмотрим, куда пойдет Украина. Ближайшие полгода дадут ответ на этот вопрос.  Либо Янукович и Кº преуспеют в «стабилизации», либо волна гнева расшатает их власть.

Ну, и нельзя забыть о «третьем лишнем» в этой ситуации – о Белоруссии Александра Лукашенко, который перемудрил самого себя. Москве при лояльном Януковиче уже нет нужды в строптивом Минске, чья антинатовская и антизападная риторика стоила очень
дорого. Что ждет в ближайшем будущем непотопляемого батьку? 

***

Видеоскандал с Шендеровичем, Лимоновым, Поткиным показал, что даже умеренная оппозиционная деятельность, причем,
как в случае с лидером Движения против нелегальной иммиграции, не несущая вообще никакой угрозы власти, рассматривается всерьез и против замеченных в ней все средства хороши. Однако даже с учетом этого замечания объекты для шантажа были выбраны довольно странно. Виктор Шендерович уже давным-давно не ассоциируется с политической оппозицией, с телеэкранов он также исчез. Александр Поткин-Белов также потерял былой ореол, и его ДПНИ постепенно маргинализируется. Вытеснен в тень и Эдуард Лимонов, а НБП более не представляет собой  притягательный магнит для молодежи.

Что же было в голове у тех, кто выбрал именно эти мишени? Характер компрометирования вполне в духе идеологии «Наших». Помнится, еще в 2004 году они устраивали скандалы, размещая в печатных изданиях провокационную рекламу. Можно предположить, что «Наши» и их клоны просто сочли угрозой для себя других популистов -  например, независимых от власти, более живучих НБП и ДПНИ. Что касается Шендеровича, то для «нашистов» непереносимо его остроумие - ведь они могут процветать только в недумающей стране. В этом смысле исчезновение с экранов передачи «Куклы» надо рассматривать не как следствие прямого высмеивания конкретных политиков, а как проявление страха перед атмосферой трезвого и ироничного отношения к истеблишменту. Надутая и напыщенная власть более всего боится смеха.

***

Говорят, на слушаниях Байсаров - Орбакайте в Государственной Думе в свое время собралось больше журналистов, чем недавно на выступлении Путина там же. Отчет правительства не вызвал ни малейшего общественного интереса. Казалось бы, в стране и в мире кризис, всех должно волновать, как наши министры спасают экономику, но обсуждение отчета вылилось в сплошную фикцию. Само выступление премьера запомнилось лишь утверждением, что «в России больше нет пенсионеров, живущих за официальной чертой бедности», над которым пару дней посмеялись в блогах.

Бодряческий оптимизм контрастирует с тревожными ожиданиями населения. Поводом для волнений становятся хотя бы все чаще артикулируемые намерения повысить пенсионный возраст. Так, Общественная палата уже собралась было проводить по данной проблеме слушания, но в последний момент их отменила. Выплачивать и индексировать пенсии все труднее, Пенсионный фонд все больше влезает в долги, и, видимо, в обозримой перспективе непопулярное решение принять-таки придется. Но как правительство планирует ввести эту меру – неясно. Оно отвыкло от широких и честных дискуссий, знает, что население в конечном итоге соглашается на все нововведения сверху. Экономический рост (и улучшение благосостояния) в конечном счете такую практику в глазах многих оправдывал. Теперь же готовность людей терпеть уменьшается: темпы развития производства снизились, сырьевая модель экономики исчерпана. И аргументов у правительства почти не осталось. Впервые с 1998 года Россия заняла деньги за рубежом.

***

В заключение пример общественной активности. Бизнесмен Андрей Хартли заснял на камеру, как по встречной полосе движется машина с мигалкой. Оказалось, что в ней ехал советник президента Владимир Шевченко. Водитель попытался помешать съемке, чуть не вышла драка. Запись была немедленно размещена в Интернете и вызвала дружное возмущение автомобилистов. Это стало каплей, которая переполняет чашу терпения. Федерация автомобилистов России начала акцию против преимущественного проезда госчиновников и использования ими спецсигналов. Автомобилистам предлагают сигналить в тот момент, когда машина с мигалкой нарушает правила дорожного движения. Кроме того, была проведена акция «синих ведерок» - их устанавливали на крышах машин, пародируя сигнализацию правительственных авто.  

В современной России настоящий  либерализм начинается именно так и там, где его не ждут. Вряд ли Хартли и его последователи, по крайней мере большинство из них, считают себя либералами. Но абстрактными лозунгами к себе не привлечь больше нескольких десятков человек, что и показывают митинги на Пушкинской площади. Совсем другое дело, когда затрагиваются достоинство и прямые интересы сотен тысяч людей. Они способны и объединиться, и организоваться.

Журналист Андрей Мальгин, давно ведущий борьбу с мигалками, создал сообщество antimigalki; другие пользователи Интернета - ру_ведерко. На этих сайтах очень оживленно, люди учатся взаимодействовать, договариваться. Именно здесь они проходят опыт борьбы за свои права, против привилегий чиновников.

Окажется акция против мигалок лишь бесполезным выплеском эмоций или вынудит власть пойти на уступки? Хочется верить во второе. По крайней мере, Юрий Лужков уже сделал заявления, которые свидетельствуют о его учете умонастроений москвичей.

Любопытно сравнить реакцию британского премьера Гордона Брауна, сделавшего некорректное замечание о какой-то избирательнице, с  реакцией Владимира Шевченко на попытку сделать видеозапись движения его автомобиля. Браун в тот же день приехал к обиженной женщине на дом извиняться. А Шевченко (всего лишь советник непонятно по каким вопросам) угрожал и возмущался, вместо того чтобы немедленно признать грубое нарушение правил. С таким менталитетом наших слуг народа на серьезные перемены рассчитывать не приходится. Даже Михаил Барщевский, считающийся либералом во власти, отвечая на вопросы журналистов по поводу мигалок, судя по всему, ничего не понял в массовом возмущении и свел все к элементарной зависти. А члены парламента вроде  Евгения Федорова или Олега Морозова и вовсе защищали привилегии. Вывод: акции акциями, но хорошо бы еще научиться грамотно лоббировать свои интересы в Думе и в правительстве, А это же второй этап  борьбы - куда более сложный. Впрочем, всему свое время.





комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика