Поиск по сайту:

Сделать стартовой страницей

Листая прессу

Цены на нефть и цены на бензин в России

22.09.2005
Евгений Ясин
Цены на нефть и цены на бензин в России

О. БЫЧКОВА –

У микрофона Ольга Бычкова, итак, я приветствую в прямом эфире «Эха Москвы» Евгения Ясина, научного руководителя государственного университета Высшая школа экономики, добрый день, Евгений Григорьевич.

Е. ЯСИН –

Здравствуйте.

О. БЫЧКОВА –

Я напомню еще раз номер наших средств связи, с которыми слушатели могут с нами связаться непосредственно в эфире и задать свои вопросы, а также высказать, может быть, свое несогласие и согласие тоже. 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы», эфирный пейджер, и 203-19-22, телефон прямого эфира, который будем включать, но немного погодя. Давайте мы начнем сейчас, конечно, с этой нефтяной, топливной, бензиновой темы. Вчера руководители крупнейших российских нефтяных компаний, «Лукойла», ТНК ВР, «Роснефти», «Сургутнефтегаза», «Сибнефти» и «Татнефти», собрались экстренно на совещание у главы Минпромэнерго Виктора Христенко. И там они дали честное слово, что до конца года не будут повышать цены на нефтепродукты на внутреннем рынке. С одной стороны, конечно, все мы это готовы приветствовать, потому что уже от этого мелькания цифр на заправках просто рябит в глазах, не говоря уже про кошельки и карманы. С другой стороны, волнуют последствия. Давайте прямо с этого и начнем, что это за шаг такой, они, действительно, могут себе это позволить безболезненно? Или все равно кому-то придется расплачиваться за то, что нефтяные компании оказались такие лояльные?

Е. ЯСИН

– Я сказал бы так, практика в таких чрезвычайных ситуациях некоего соглашения между государством и нефтяными компаниями с целью не допустить дестабилизации в производстве и в обществе, встречается, это не исключение. И я так думаю, что и наших эта практика, информация о ней подтолкнула к соответствующим действиям. Хотя в то же время я должен сказать, что наши компании находятся в несколько ином положении, чем нефтяные компании или компании, которые торгуют нефтепродуктами в других странах, по одной простой причине. У нас очень жесткий барьер для экспорта нефти в виде экспортных пошлин, которые, экспортные пошлины меняются в зависимости от мировой цены на нефть. Поэтому, на самом деле, для российских компаний высокие мировые цены на нефть, которые приводят к разорению компаний разных на Западе, я напомню о том, что недавно разорилось две крупнейшие американские, эти самые, авиационные компании, в том числе известная «Дельта», которая все время летает в Москву. Они такого давления не испытывают, вернее, связи такой нет из-за этих экспортных пошлин. И практически это привело к тому, что повышение постоянное экспортных пошлин сделало для них, в принципе, выгодным обращение на внутренний рынок, хотя на внутреннем рынке цены, в принципе, в России намного ниже, чем в других странах, которые не являются производителями нефти.

О. БЫЧКОВА

– Но смотря в каких других странах, в Европе, конечно.

Е. ЯСИН

– В Европе, да.

О. БЫЧКОВА

– А в Америке так нет.

Е. ЯСИН

– Америка – тоже нефтедобывающая страна, в общем, у нас всегда там большой разницы не было. Чем отличается нынешняя ситуация. Если вы обращаетесь к внутреннему рынку, то, естественно, вы стараетесь, во-первых, больше поставлять продукции, а если нет конкуренции, то вы, кроме того, стараетесь повышать цены, компенсируя тем самым те доходы, которые вы могли бы получить от внешней торговли, будь у вас более свободный режим. Мы уже видели, чем это оборачивается, ростом цен, весьма существенным, прежде всего, потому, что российский рынок бензина и других нефтепродуктов сильно монополизирован. Нужно иметь в виду, что наиболее конкурентная ситуация в Москве, где имеются заправки многих компаний, это, в общем, сознательная политика московского правительства.

О. БЫЧКОВА

– Это их сдерживает.

Е. ЯСИН

– Сдерживает, на самом деле, если вы посмотрите динамику цен на бензин в Москве, Московской области и в других регионах страны, то вы убедитесь в этом. А кроме того, мы просто можем показать, что в большинстве регионов просто есть определенное прикрепление нефтяных компаний к данному региону. И эта компания в данном регионе является, по существу, единственным поставщиком. Поэтому они могут, в принципе, повышать цены, компенсируя те недоборы доходов, потерей я не могу это назвать, упущенные выгоды, которые недополучают от повышения мировых цен. Сейчас это уже стало общественным фактором, люди выражают очень большое недовольство, и учитывая то обстоятельство, что вообще-то правительство вынуждено считаться с общественным мнением, я не знаю, может, это правительству не нравится, и мы можем судить, говорить о том, что мы не демократическая страна, но, во всяком случае, общественное мнение на поведение правительства влияет, это факт. Второй момент заключается в том, что правительство или президент и его команда имеют довольно большое влияние на бизнес. И если они обратятся и скажут, что ребята, помните о судьбе Ходорковского, если будете выпендриваться, то мы с вами сделаем все, что хотим, поэтому бизнес стал послушным, он как овечка ходит, подставляется под стрижку. И когда ему сказали – надо, чтобы обеспечить определенный климат в стране, больше не повышать какое-то время цены на нефть, т.е. на бензин, он согласился. Больше того, даже можно сказать, проявил некую волю к тому, чтобы это сделать. Я напомню, что «Лукойл» по призыву президента уже ранее предпринял такую акцию. Поэтому ничего тут такого нет. Теперь что касается того, какие последствия для нас это вызовет. Для населения, кроме плюсов, я ничего не вижу.

О. БЫЧКОВА

– Да, но население же ждет подвохов.

Е. ЯСИН

– Для сельского хозяйства, которое, где идет уборка урожая, там все завершается, сельскохозяйственный год, это тоже важно. А для самих нефтяных компаний, я думаю, они перенесут это, хотя должен сказать, что инвестиции в нефтяную промышленность довольно резко упали, нужно было бы их стимулировать, нужно было бы как-то поднимать, но там другие факторы играют более важную роль.

О. БЫЧКОВА

– Т.е. можно ли их как-то стимулировать и поднимать за чей-нибудь еще счет, а не только за наш счет, рядовых автовладельцев, которые приходят в ужас от цен. Давайте мы сейчас прервемся на минуту.

Е. ЯСИН

– Хорошо.

О. БЫЧКОВА

– И с этого вопроса начнем, продолжим, вернее, наш разговор с Евгением Ясиным после краткого выпуска новостей.

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА

– Итак, мы продолжаем наш разговор в прямом эфире с Евгением Ясиным, мы говорим о ценах на нефть и ценах на бензин. И об обещании крупнейших российских нефтяных компаний до конца года их, цены то есть на топливо, не повышать. Говорят, например, пресса пишет, что, на самом деле, больше всего это может ударить по независимым торговцам бензином, если компании зафиксируют розничные цены, но продолжать повышение оптовых. Т.е. компаниям, которые заявили вчера на совещании у Христенко о замораживании цен, принадлежит примерно 70% нефтепереработки, и они останутся на этом рынке, а все остальные маленькие оттуда уйдут.

Е. ЯСИН

– Я сказал бы так, что нет, здесь есть определенные резоны, но, на самом деле, мне кажется, что такой поворот событий менее вероятен, чем другой. Дело в том, что как раз те компании, которые вошли в это соглашение, они являются крупными производителями, оптовыми поставщиками. Розница либо находится в их распоряжении, либо это как раз мелкие продавцы, перепродавцы и т.д., потому что в переработке независимые производители представлены гораздо слабее. Они, видимо, вынуждены будут просто присоединиться к политике крупных компаний. Но какие-то несоблюдения соглашений может иметь место на уровне розницы. Но, как правило, это там, где вообще существует независимая розница. Скажем, в Москве она существует, и в некоторых других регионах тоже, а в большинстве регионов практически вся розничная сеть, она монополизирована теми же самыми компаниями. Поэтому я не считал бы, что это такое существенный источник беспокойства. Говорят еще, что нефтяные компании в обмен на такую свою акцию требуют каких-то поблажек со стороны государства. Поблажки вообще могут идти за счет таких элементов, которые отличаются в нефтяной промышленности от остальных отраслей, потому что никакие поблажки, скажем, по стандартным налогам, таким, как НДС, налог на прибыль и т.д., недопустимы. А, скажем, НДПИ, это налог на добычу полезных ископаемых, и экспортные пошлины, в принципе, какие-то уступки могут быть. Но, честно сказать, я бы на серьезные уступки все-таки не пошел бы. На незначительные, которые позволили бы нефтяным компаниям сформировать или выполнить свои планы по формированию инвестиционных накоплений, с тем, чтобы затем инвестировать, инвестиций недостаточно, можно было бы пойти, но я боюсь, что это уже будет связано со слишком детальным вмешательством государства в их дела. И этого не хотелось бы. Я так думаю, что, в принципе, учитывая ту обстановку, которая имеется в целом в нефтяной промышленности, я не считаю, что она задыхается от доходов, я считаю, что в большей степени задыхается от доходов государство, но все-таки, на мой взгляд, в целом, какие-то поблажки заметные были бы нежелательны. Это плохой прецедент.

О. БЫЧКОВА

– А почему наше государство, которое задыхается от доходов, оно выкручивает руки, ладно, не выкручивает руки нефтяным компаниям, нефтяные компании сами на все добровольно идут, это мы только что обсуждали. Но не поступает, например, наше задыхающееся от доходов государство, как поступает французское государство, которое не задыхается от нефтяных доходов, но, тем не менее, пообещало каждому французу 75, если я не ошибаюсь, евро, просто выплатить такие непрямые живые деньги в качестве компенсации и повышения цены на бензин? Это что за путь, по которому французы пошли?

Е. ЯСИН

– Вы знаете, французы, в большей степени, французское правительство в большей степени прислушивается к настроениям народа, там выборы, там такие выборы, на которых есть выбор и прочее.

О. БЫЧКОВА

– И прочие глупости.

Е. ЯСИН

– Да, там немножко другая ситуация. Во-вторых, я прошу прощения, там стандартно очень низкая инфляция, которая не превышает 2%, и то, и то из ситуации, кстати говоря, наблюдает сегодня за этой инфляцией не французский национальный банк, а европейский национальный банк, правда, во главе с французом, господином Трише. Но все-таки это как бы такая наднациональная сила, которая сдерживает бюджетные расходы. Что касается нас, то мы задыхаемся именно потому, что у нас снижение деловой активности на фоне растущих нефтяных доходов ставит вопрос об инфляции очень остро. И мы должны что-то делать для того, чтобы убирать из оборота избыточную массу. Общее настроение, которое царит в стране, я вижу по вопросам, которые вы мне дали, и т.д., почему бы нам не потратить больше, почему бы нам не растрясти стабилизационный фонд и т.д. В той ситуации, в которой мы находимся, поверьте мне, это взгляд профессионала, это делать не следует, потому что будет расти инфляция. Другое дело, и она гораздо опаснее. Гораздо опаснее, потому что с ней повышаются инфляционные ожидания, вы начинаете рассчитывать на будущее, что будут и дальше расти цены, из карманов бедняков выкачиваются деньги, короче, она недопустима, она у нас и так слишком высока. Это другой вопрос, что если вы уже запланировали некую сумму тратить, то дальше стоит вопрос, на что тратить, на снижение налогов или на повышение социальных расходов. Это как раз то, о чем мы говорили в прошлые разы, я готов это обсуждать еще раз, но бороться с инфляцией в России, где опасность очень большая, существует. И в этом смысле просто раздавать деньги в компенсацию за то, что растут цены на бензин, я бы не стал, потому что мы и так слишком много, мы – это я имею в виду государство, и так слишком много денег раздает, причем без толку.

О. БЫЧКОВА

– Т.е. Андрей прав, наш слушатель, который прислал свое подозрение на эфирный пейджер, он считает, что мораторий может быть связан с повышением цен на бензин, мораторий на повышение цен на бензин, прошу прощения, связан с искусственным сдерживанием инфляции.

Е. ЯСИН

– Отчасти он прав, но я бы все-таки сказал, что это искусственное сдерживание инфляции – то же самое, что замораживание, скажем, тарифов на жилищно-коммунальные услуги. Это откладывается, откладывается, а потом бабах. Нет, это вы же не можете переть все время против законов экономики. Значит, это временное облегчение, а потом все равно придется дать вздохнуть этим компаниям. И если не упадут цены на нефть или что-то еще такое…

О. БЫЧКОВА

– А с чего бы им упасть, собственно?

Е. ЯСИН – А вот. Поэтому всякая такая операция, как мораторий на динамику цен и т.д., она опасна в каком смысле, в том, как мы будем выходить. Говорят умные люди, что когда вы входите в какой-то проект, то вы подумайте сначала о том, как вы будете выходить. Всегда войти легче, чем выйти.

О. БЫЧКОВА – Да.

Е. ЯСИН

– А потом это, как правило, кончается тем, что у вас будет всплеск цен при неизменных условиях на 20 или 30%, и вам придется его закладывать в свой бюджет.

О. БЫЧКОВА

– Николай Антонович, который прислал реплику на эфирный пейджер, не понял, а что начнется 1 января, т.е. до конца года нам обещают цены держать на бензин. Да, Николай Антонович, вот и я говорю.

Е. ЯСИН

– Да, это то же самое, что с жилищно-коммунальными услугами. С 1 января они повысятся, и цены на бензин тоже могут повыситься.

О. БЫЧКОВА

– Да, Николай Антонович, вы совершенно правы.

Е. ЯСИН

– Правы, да.

О. БЫЧКОВА

– В этом-то мы их всех и подозреваем, на самом деле, т.е. начинаем откладывать деньги на бензин следующего года, Николай Антонович, просто с завтрашнего дня. На Украине был же такой опыт у Юлии Тимошенко, когда она взяла и железной рукой железной украинской леди тоже так задушила нефтяные цены. Все кончилось как-то не слишком удачно.

Е. ЯСИН

– Я бы сказал так, сейчас обсуждается вопрос, за что Ющенко убрал Тимошенко с поста премьер-министра. И уже по этому поводу такие разговоры, что союз оранжевых распался, вся оранжевая революция вылетела в трубу и т.д. Я должен сказать, что, с моей точки зрения, Ющенко убрал Юлию Владимировну совершенно правильно, за некомпетентность, за неумение управлять экономикой. Она, газовая принцесса, как у нас ее называли, она, наверное, неплохо научилась править украинским «Газпромом» и т.д. Я не знаю, как она это делала, но, видно, волевая женщина, умная, там слишком много таких профессиональных знаний, возможно, не нужно. Но для управления экономикой страны во главе правительства нужно. И это Ющенко понимает лучше, чем кто-нибудь другой на Украине, потому что я лично с ним знаком, знаю, что это высококлассный, профессиональный экономист. Не знаю, как политик, но как экономист я его ценю высоко. И он видел, что она делает глупости. Глупость заморозить цены и гонять российские нефтяные компании на том основании, что они нарочно устраивают козу украинскому правительству, это все такая была чушь, глупость, которая принесла неописуемые, не то, что неописуемые, вполне описуемые беды для украинской экономики. Если бы только это. А вся эта кампания по деприватизации? Вы хотите представить себе, что было бы в России, если бы мы развязали кампанию пересмотра итогов приватизации этих самых приватизационных сделок и т.д.?

О. БЫЧКОВА

– Спасибо, нам хватило ЮКОСа.

Е. ЯСИН

– Да, но там была стычка между президентом и премьер-министром. Этот говорит – 30 предприятий, а та говорит – 3 тыс. предприятий. И быстро капитал стал утекать с Украины, хотя прошлое правительство оставило очень плохое наследство, потому что оно тратило деньги в расчете на то, что оно должно остаться у власти, а там посмотрим, а досталось все это дело правительству Ющенко и Тимошенко. Но, тем не менее, свои ошибки были колоссальные. Я считаю, самые большие, это непонимание природы этого зарождающегося капитализма необходимости считаться с интересами капитала, при всем том можно любить, не любить, неважно. Мне лично не нравится ни Пинчук, ни Ахмедов, которые играют на Украине роль олигархов, такие же, как у нас и т.д., но я понимаю, что если вы наезжаете на них и вы наезжаете так, что вы нарушаете их права, то тогда это становится, влияет на поведение всего бизнеса. И последнее замечание по этому, сейчас у нас говорят – видите, особенно те политологи, которые там служили на Украине противной стороне.

О. БЫЧКОВА

– Противной в смысле оранжевой стороне?

Е. ЯСИН

– Нет.

О. БЫЧКОВА

– Наоборот?

Е. ЯСИН

– Бело-голубым, да. Что, дескать, провалилась оранжевая революция, мы же предупреждали и мы были правы и т.д., ничего вы не правы, дорогие мои. На самом деле, все, что произошло сейчас между Ющенко и другими людьми в его окружении, в том числе с Тимошенко, это никакого отношения, если хотите, к оранжевой революции не имеет. Во время оранжевой революции люди выступили за то, чтобы их не превращали в быдло, за то, чтобы не манипулировали результатами выборов. И они своего добились. И в следующий раз любой политик на Украине с этим обстоятельством должен будет считаться. В этом и главное достижение. А то, что они поменяли премьера за то, что тот не умеет управлять, и слава богу.

О. БЫЧКОВА

– Экономику строить – это уже другая работа просто.

Е. ЯСИН

– Да, это другая работа. Кстати, я хочу сказать, что как фурия революции и как мадам Свобода она, может быть, и очень хороша как политик, она замечательный, наверное, но она, может быть, даже и победит Ющенко, потому что она этими интригами умеет заниматься лучше, чем он. Но будет ли от этого лучше Украине и украинской экономике, это я не знаю.

О. БЫЧКОВА

– На крайний случай мы поделимся нашим Фрадковым. Через несколько минут продолжим наш разговор с Евгением Ясиным в прямом эфире «Эха Москвы».

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА

– Продолжаем наш разговор в прямом эфире «Эха Москвы» с Евгением Ясиным. Дмитрий пишет на пейджер – когда же, наконец, будете включать телефон. Сейчас прямо и будем его включать, но еще один вопрос с нашего сайта «Эха Москвы» в Интернете, и потом к телефону. Тут спрашивают, это как раз по поводу регулирования цен, в общем, некоторым образом, Александр Шевелев из Ленинградской области пишет, что при слове «плановое хозяйство, производство» у нынешних демократов, к которым относитесь и вы, скрипят зубы и повышается кровяное давление. Не считаете ли вы, что создание общего рынка в Европе явилось элементом планового ведения хозяйства и т.д.?

Е. ЯСИН

– Кровяное давление повышается, но, к сожалению, не от этого.

О. БЫЧКОВА

– Есть еще масса других причин, к сожалению.

Е. ЯСИН

– Да, других причин. У меня не скрипят зубы, я слово «план» произношу без всякого содрогания. Но я знаю, что плановое хозяйство в СССР привело его к краху. И достаточно аргументов для того, чтобы это доказать. Что касается Европы, то ничего общего с плановым хозяйством организация экономики в Европе, в том числе и в ЕС, не имеет. Есть определенные регулирующие меры, которые в рыночной экономике, вообще-то говоря, нормальные. И идут споры относительно того, избыточны эти меры или не избыточны. С моей точки зрения, те меры, которые применяются в ЕС, например, для регулирования аграрного производства, когда они выдают огромные субсидии и мешают развитию нормальной конкуренции, мне кажется, ухудшают ситуацию в целом в европейской экономике. Но, в конце концов, это их дело. Я лично убежден в том, что Россия имеет шанс дать, как говорится, форы Европе только в том случае, если она будет строить открытую, свободную экономику, ни от кого не отгораживаясь и повышая свою конкурентоспособность.

О. БЫЧКОВА

– Итак, вот они, обещанные звонки, тут их довольно много.

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ

– Наконец-то я дозвонился, потому что на пейджер посылал вопрос.

О. БЫЧКОВА

– Задавайте-задавайте, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ

– Евгений, у меня вот какой вопрос к вам, сейчас ЦБ, проходят слухи, что он отказывается от обязательной валютной выручки в пользу того, чтобы не повышать инфляцию, очень много разговоров идет, что доллар будет стоить 15-20 руб., ваш вообще какой прогноз по этому поводу?

О. БЫЧКОВА

– Спасибо, спасибо, Сергей.

Е. ЯСИН

– Спасибо за хороший вопрос. Действительно, ЦБ отказывает от продажи, обязательной продажи валютной выручки экспортерами просто потому, что в этом уже никакой опасности нет. Для чего она вводилась, для того, чтобы предупредить отток капитала из России, чтобы мы не получали валютную выручку и чтобы у нас накапливалось большее количество валютных резервов. Сейчас у нас валютные резервы 160 млрд. долларов, у нас благодаря высоким ценам на нефть очень высокие поступления, и для нас эти поступления из-за рубежа составляют проблему. Стабилизационный фонд, в частности, должен каким-то образом эту проблему решать. И для Сергея Михайловича Игнатьева, председателя ЦБ, гораздо большую проблему представляет не отток, а приток капитала. Поэтому он говорит – вы, пожалуйста, мне, получайте лицензию в том случае, если вы хотите завезти в Россию крупные размеры капитала, в том числе для… даже на инвестиции и т.д., потому что это влечет за собой определенные проблемы и нужно каким-то образом регулировать эти процессы. Поэтому это вполне естественно в той ситуации. Мы уже не должны жить ситуацией 98 г., когда у нас денег просто позарез не было. Но было 8 долларов за баррель, русская нефть, сейчас она стоит 60.

О. БЫЧКОВА

– А то ли еще будет. А 15-20 руб. за доллар?

Е. ЯСИН

– Да, 15-20 руб. за доллар, не будет этого, не будет.

О. БЫЧКОВА

– Не надейтесь.

Е. ЯСИН

– Нам угрожают, что рубль сильно укрепляется, это приводит к большим потерям для российской экономики. Конечно, это значило бы также, что наши рублевые накопления повышаются в своей цене. Действительно, если мы берем по паритету покупательной способности, то рубль примерно в три раза дороже, чем сейчас по отношению к доллару. В этом смысле в цифрах 15 или 20 руб. за доллар есть какой-то резон. Но дело в том, что рыночные курсы валют отражают еще и доверие к экономике данной страны, доверие к валюте. Поэтому рыночные курсы стран с менее развитой экономикой всегда ниже, чем курсы по паритету покупательной способности. У нас паритет покупательной способности в три раза выше, чем рыночный курс. Это естественное явление. А если вы посмотрите тенденцию движения курса, то вы увидите в 2000 году 28 руб. за доллар, сейчас, сегодня я слышал, 28 руб. 41 копейка, это, можно сказать, стоит как скала, он походил туда-сюда, это вполне естественно.

О. БЫЧКОВА

– Попрыгал.

Е. ЯСИН

– Да, единственное, на чем мы теряем, мы теряем на инфляции, потому что рубль, который держится в отношении доллара, не держится в отношении российских цен, это проблема. Но это наша внутренняя проблема.

О. БЫЧКОВА

– Еще один звонок.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА

– Господин Ясин, вы все хорошо знаете о валюте, деньгах и т.д., у меня такой вопрос, вернее, не могли бы вы повлиять на владельцев стабилизационного фонда, чтобы они отдавали долги не внешние?

О. БЫЧКОВА

– А внутренние.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА

– Как, например, в Германии и т.д., а хотя бы вернули людям, в 92 году потерявшим все вклады? Спасибо.

О. БЫЧКОВА

– Понятен вопрос, спасибо.

Е. ЯСИН

– Спасибо, вопрос трудный. Повлиять не могу постольку, поскольку меня там не очень слушают, во-первых. Но если бы даже и слушали, я бы им того не посоветовал.

О. БЫЧКОВА

– А владельцы стабилизационного фонда – это у нас министерство финансов и правительство.

Е. ЯСИН

– Это министерство финансов управляет стабилизационным фондом, правительство, затем ГД и т.д., я бы им этого не посоветовал. Хотя очень сочувствую тем людям, которые потеряли деньги, и сам нахожусь в их числе, у меня мои сбережения в 92 г. все растаяли как дым, как утренний туман, но в 98 г. в меньшей степени, хотя я получал зарплату через «СБС-Агро» и тоже там пролетел. Но я просто считаю, что, с точки зрения процветания страны, сейчас это будет вызывать только инфляцию. Если мы отдаем долги за границу, мы тем самым сокращаем избыточную денежную массу в России и не допускаем инфляцию. Если мы будем отдавать деньги своим гражданам, то ситуация будет иная, как раз противоположная. Можно отдавать деньги только те, которые заработаны за счет роста производительности труда, повышения активности производства, увеличения сбора налогов. Но нефтяные доходы к такого рода доходам не относятся.

О. БЫЧКОВА

– Последний, видимо, звонок на сегодня.

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ

– Евгений Григорьевич, я одного не понимаю, я работаю диспетчером на телефоне по грузоперевозкам. Неужели они сами не понимают, что они себе сук рубят, на котором сидят?

О. БЫЧКОВА

– Кто они-то?

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ

– Водители. Понимаете, в чем дело, ведь идет на все накрутка и на кнопку, начиная с кнопки.

О. БЫЧКОВА

– Дмитрий, вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ

– Вопрос такой, когда же все это дело остановится?

О. БЫЧКОВА

– Так, сложный вопрос.

Е. ЯСИН

– Да, мне сегодня везет. Я вам должен сказать, что вопрос очень хороший, я сам готов присоединиться к нему, обращаясь к водителям.

О. БЫЧКОВА

– Давайте ко всем обратимся уже, когда все это остановится, в конце концов.

Е. ЯСИН

– Когда все это остановится, когда мы станем немножко другими. Я бы сказал так, в России, я вспоминаю еще в СССР, когда встал вопрос о том, что улучшается охрана труда, в результате чего нужно меньше людей на подземных работах, количество шахтеров снижается, снижается заработная плата, люди устраивали забастовки. Мы не ценим свои жизни, мы не ценим свое здоровье. И те люди, которые жмут на кнопки или выпивают, не пристегиваются ремнями, что, это изолированное явление? Это же мы ко всему к этому привыкли. Гибель у нас, 45 тыс. каждый год гибнет на дорогах. Как убеждать наших граждан, я не знаю. У меня у самого такой вопрос есть, я обращаюсь ко всем, в вас что, действительно, надо ДДТ сыпать или как, чего там делать для того, чтобы вы немножко поумнели?

О. БЫЧКОВА

– Чем-то точно надо, да. Евгений Ясин был в прямом эфире «Эха Москвы», спасибо вам и нашим слушателям, звонившим и писавшим.





комментарии ()


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
Rambler's
	Top100
Яндекс.Метрика